Интервью на сайте «Букник-младший»:
Почему вы стали писать? И в какой момент поняли, что стали писателем?
Так в школе же заставили! Как сейчас помню: «Гиваргизов, чтоб к следующему уроку сочинение о лете лежало у меня на столе!» Ну, а на следующем уроке, понятно, сломанная указка, крик: «В каком Аиде?! Какой ещё брат Зевса?! Я тебя о лете просила! Выйди вон!» В общем, мне понравилось писать сочинения. И вот прямо в тот момент, в школьном коридоре, я почувствовал себя великим писателем. Потом, правда, вышел на улицу и очень быстро побежал в Коломенское гулять. И почувствовал себя великим бегуном. А сейчас я чувствую себя великим кулинаром, потому что полчаса назад сварил борщ.
Почему именно детская литература? Чем она выгодно отличается от взрослой?
Наверное, потому что я ещё не дорос до усталости от жизни. Пока только до усталости от некоторых взрослых дорос.
Бывает ли у вас когда-нибудь ощущение, что всё уже написано задолго до вас? И если да, как вы с этим миритесь?
Конечно! Людей на земле не было, а всё уже было написано! Но ведь переписывать на свой лад интересно!
Как появляется сюжет? Как у героев появляются имена?
Сюжет появляется из-за угла с пистолетом в руке и требованием: «Записывай меня, иначе жму на курок, считаю до трёх, уже два с половиной». В такие минуты от страха вспоминаешь всю свою жизнь, имена малознакомых людей и даже имена родственников.
Какую свою книжку вы больше всего любите и почему?
Ага! Вот он, «главный шпионский вопрос»! Лучше я процитирую Михаила Есеновского:
«— А ты кого больше любишь, Юра, маму или же папу?
— Одинаково всех люблю, — отвечает Юра. — Поровну. Равномерно.
— А хоть немножко крепче кого? — говорит шпион.
— Как когда, — отвечает Юра. — То один, глядишь, приглянётся, а то второй.
— А в целом за год кого-то всё же сильнее? — спрашивает шпион.
— Само собой, — отвечает Юра. — Но год на год не приходится.
— Ну, хорошо, — говорит шпион. — А в сумме за все года кто будет на первом месте?
— Они, — отвечает Юра. — На пару, то есть вдвоём. А третье место решили вовсе не присуждать…
— Да ну тебя, — говорит шпион. — Надоел».
Вашему пирату («Непослушный пират») сильно мешает отсутствие моря. А вам что мешало в детстве?
Мне мешало отсутствие плейера. Его ещё не изобрели тогда. И это сильно мешало в детстве.
Чего не хватает современным родителям, чтобы быть хорошими?
Они все хорошие. Но иногда, бывает, разнервничаются, разнервничаются и становятся похожи на плохих. Спокойно, родители! Подумаешь, портфель с учебниками потерял! Я говорил, что надо было сразу три портфеля покупать.
Почему детям во все времена интересно про королей («Про королей и вообще»)?
Потому что короли похожи на детей, тоже никого не слушаются.
Что вам интересно? Что читаете-смотрите-слушаете? Ваши открытия (не обязательно последнего времени) в детской литературе?
Прочитал недавно: «Ветерана Куликовской битвы» Павла Калмыкова, «Пусть будет яблоко» Михаила Есеновского, «Счастье возможно» Олега Зайончковского, «Малую Глушу» Марии Галиной, «Безмолвную жизнь со старым ботинком» Ульяны Гамаюн, стихи (последняя подборка в Новом мире) Анны Русс… Это за последний месяц. И то, что очень понравилось. А из «слушаю» — только что слушал Madeleine Peyroux. И у меня теперь отличное настроение.
Во что вы верите?
Я перечислил книги, которые прочитал в ноябре. Чувства, вызванные этими книгами, — не химический процесс, отношение к авторам — не расчёт. Вот, верю в это. А до ноября был октябрь, до октября — сентябрь и так далее.
Как вы думаете, может ли детский писатель у нас в России стать пусть не богатым, но обеспеченным человеком?
Я ещё об этом не думаю.
Что вы умеете хорошо делать, кроме как писать и преподавать классическую гитару? Кем могли бы еще стать? Чем могли бы еще заработать себе на хлеб?
Ещё я каждый год хожу по горам. Я бы мог работать испытателем трекинговых ботинок.
Автор Ася Кравченко //Интернет-ресурс